В конце 2004 года имя бывшего директора Серпуховской бумажной фабрики Юрия Гехта практически исчезло со страниц всех местных газет. Последняя информация о некогда самом могущественном и влиятельном человеке в Серпухове касалась того, что он находится в федеральном розыске. Однако сам Юрий Григорьевич уверен, что на самом деле его никто никогда не искал. Уголовное преследование он считает сфабрикованным, а себя – жертвой рейдеров, которые лишили его части имущества.

Сегодня Гехт - простой израильский пенсионер, которому в силу его характера интересно все, что происходит на бумажной фабрике, в Серпухове и в России. Он в курсе всех дел, которые происходят в местной политике и экономике. В течение долгих лет серпуховичи прислушивались к мнению Юрия Григорьевича. Многие с ним соглашались, многие были его категоричными противниками, но всегда было интересно, что по тому или иному поводу думает именно Гехт.

На днях Юрий Григорьевич по телефону дал интервью «Оке-инфо» и высказал свою оценку «со стороны» ситуации в Серпуховском регионе, на фабрике и, конечно же, ситуации, связанной с уголовным делом, из-за которого он не может вернуться в Россию.

- Юрий Григорьевич, каково ваше мнение о ситуации, сложившейся на бумажной фабрике с приходом туда компании «Восход»?

- Фабрикой сейчас управляет компания, директором которой в свое время был я – это производственное объединение «Восход». В свое время, будучи еще молодым человеком, я построил в Южном порту столицы это громадное предприятие. На тот момент оно было крупнейшим в Европе по переработке бумаги и выпуску бумажно-беловых изделий и считалось одним из самых современных в мире. Помню, все делегации, прибывавшие тогда в Москву, встречающая сторона всегда привозила на «Восход». После этого я работал в Сибири и всегда поддерживал контакты с «Восходом». Потом со мной случилась «несчастье». Я попытался воплотить идею комплексной переработки бумаги и картона на одном предприятии. Для этого купил целлюлозный завод в Германии. Об этой сделке тогда писал весь мир, ведь предприятие я приобрел всего за одну марку, но потом вложил в него около 30 миллионов долларов. Но, к сожалению, правительство во главе с Гайдаром сделало все, чтобы производства там не было. Естественно, я попытался бороться против государства в их лице, но, как я и сейчас убеждаюсь, это практически бессмысленно. В общем, этот проект был похоронен, и я потерял все вложенные средства. Но мысль о комплексной переработке бумаги и картона не оставил. Я предложил восходовцам перевести все производство из Москвы на бумажную фабрику и заняться комплексной переработкой бумаги в Серпухове.

Я начал закупать современное перерабатывающее оборудование, которое так и не было поставлено. Контракты оказались сорваны. А для меня в итоге все вылилось в серьезные последствия. Но это мы обсудим позже. Я недоучел один важный момент: непрофессиональный менеджмент. Нынешние управленцы не привел фабрику к тем результатам,  на которые я изначально рассчитывал. И это не произойдет до тех пор, пока «Восход» не наймет профессионалов, которые будет не только знать свое дело, но и любить его. Если это произойдет, то серпуховский целлюлозно-бумажный комплекс будет одним из самых успешных не только в стране, но и за границей, т.к. при наличии всех технологических элементов, имеющихся на фабрике, предприятию просто гарантирован экономический успех.

У них есть все: техника, деньги… Но восходовцы ищут оправдания, мол, им достались долги бумажной фабрики. Отмечу, что они были текущие. Можете проверить в налоговой инспекции (на осень 2004 года), никаких долгов на фабрике тогда не было. Предприятие находилось в идеальном экономическом состоянии. Сегодня у «Восхода» есть долги, да и то они не очень крупные – около 30 миллионов рублей по налогам. Для такого предприятия - это вообще не долг.
- Предприятие делают успешным не только деньги, но и люди…

- Очень жалко, что бумажная фабрика потеряла ряд профессиональных людей. Недавно умер один из моих лучших работников – слесарь, на плечах которого половина производства держалась. Когда я пришел на фабрику он был алкоголиком, который мочился в штаны, но в своей профессии был номером один. Я сделал все, чтобы помочь ему: подарил коттедж, оплатил операцию на сердце. После этого он перестал пить, каждый год фабрика отправляла его на профосмотр. Нынешние управленцы упустили этот момент, и человек умер. Кроме него предприятие потеряло за прошедшие три года ряд уникальных инженеров. А все почему? Потому что с ними нельзя вести себя как, извините, с дерьмом.

Единственный, кто мне отплатил в жизни порядочным отношением – мои рабочие. Чтобы вырастить профессионального работника, надо 10 лет. Был на фабрике специалист замечательный и уникальный - Вася Решетов. Когда он заболел, я его возил на операцию в австрийскую клинику, где лежали шейхи. Потом 15 лет он отпахал на интересы предприятия. К специалистам надо относиться по-другому, с пониманием.

К управлению фабрикой должен прийти человек, который захочет профессионально заниматься производством. Вот тогда все встанет с головы на ноги.
- Вы, наверняка, отслеживаете политическую ситуацию в нашем регионе. Находясь сейчас как бы над схваткой, дайте свою оценку происходящему и в Серпухове, и в Серпуховском районе. 

- Та информация, которая у меня есть, вызывает серьезное неудовлетворение сложившейся в городе обстановкой. Я не могу понять, почему ситуация скатилась до того, что люди используют друг друга, обливают грязью. Идут яростные междоусобные войны. Попытки ослабить одних людей за счет постоянного обливания грязью, по-моему, уже давно не работают. Раз прочитают люди «чернуху», два, а потом народ устает и даже на грандиозные скандалы перестает адекватно реагировать. Столько за последние двадцать лет говна вылито в этой стране, поэтому мало кого этим сейчас удивишь. Вся писанина, которой занимаются газеты, все эти палатки –не эффективные методы. Власть сегодня настолько беспринципная, что с ней можно бороться только силой. Силу в комплексе дает пресса и правильная организация общественного мнения, создание общественных организаций, которые могли бы воздействовать на власть. Люди сейчас не глупые. В том, что сейчас делает оппозиция, я не вижу никакого эффекта. Главу города не сбросить по одной причине: пока он устраивает Громова, ничего против него не сделать. Чтобы Громов услышал другую сторону, должен появиться общественный орган, который мог бы донести до Губернатора не обливания грязью, а истинную ситуацию. Хорошая мощная общественная организация может много сделать. Учитывая, что профсоюзы и партии практически разрушены, то в Серпухове стоило бы организовать авторитетных людей, сделать мощный кулак, который сможет в нужное время отрегулировать все принципиальные дела. А палатки ничего не дают.

Что касается района, то, откровенно говоря, чувствую определенное удовлетворение от того, что я ошибся в свое время в Шестуне. В свое время я его не поддерживал, не знал его близко, но теперь понимаю: своей деятельностью он доказал, что более удачного главы в районе еще никогда не было. У меня вызывает уважение то, что он за эти годы сделал, тем более, имея не такие громадные возможности, как имеет город. Авторитет у него, насколько я знаю, достаточно высокий. Дороги, объекты социальной сферы, спортивные комплексы – все, что он строит, очень важно с точки  зрения глубинных процессов, которые происходят в обществе. Это и культура, и физическое состояние, и здоровье. Сейчас на селе делается все для того, чтобы ситуация менялась к лучшему. Важно, что Шестун, как грамотный человек, первое, что сделал – это наладил транспортную сеть, трассы для России играют огромную роль. По хорошей дороге поедут хорошие люди и будут делать хорошие дела. При наличии хороших трасс можно решать любые вопросы, тем более, что земли в районе хватает, это не город. Поэтому возможностей у села сегодня достаточно. Серпуховский район подготовлен для того, чтобы эффективно использовать ресурсы, которые есть. Как раз в ближайшие пять лет Шестун сделает много полезного, а в том, что его изберут, я даже не сомневался. Хотя я знаю, что ему пытались создать высокую конкуренцию. Обещания давать все умеют, а вот делать, к сожалению…

Прежний Глава района - мой друг, но я понимаю, что Саша более смелый, более практичный и рискованный человек, чем Головко. Кто не рискует, тот не пожинает побед. Шестун вовремя сориентировался в нынешней экономической ситуации и смог достаточно эффективно управлять доставшимся ему хозяйством.
- Оттуда, издалека, как вы видите ситуацию в нашей стране?
- Мало кто задумывается, что произошло в России за минувший век. В начале столетия царь, приблизив Гришку Распутина, оттолкнул от себя опору любого государства: интеллигенцию, офицерство. Я представляю, какое брезгливое отношение вызывала фигура Распутина у окружения императора. В итоге царь потерял власть. Нет Николая II и некого защищать присягавшим самодержцу и Отечеству. В конце века Лужков, обескровив периферию, отсосал интеллектуальную часть общества в Москву (притом, что в столице были уничтожены наука и промышленность), но  привлеченный потенциал не был использован эффективно. Я считаю, что за это время был создан и узаконен грабеж всего того, что за века создали москвичи, были развращены правоохранительные органы, сделаны послушными суды, нанесен удар по генетике России и христианской морали, были свезены со всей страны самые красивые женщины, из которых сделали проституток. Я убежден, он тиражировал эту систему по всей России. Даже для мощного русского народ за один век два потрясения – много.

- Скажите, есть ли какие-то изменения в уголовном деле в отношении вас?

- Никакого уголовного дела не было. Это вранье и ложь. Хорошо подготовленное мероприятие, чтобы убрать меня, но не физически (а такие попытки были). Жену моего бывшего друга – мэра Москвы - заинтересовали объекты, которые я построил. Но я не пошел с ней на контакт, не захотел с ней работать… Я убежден, что именно в итоге этого конфликта получил классическую форму рейдерского захвата. Сперва делают человека уголовником, а потом захватывают его собственность.

Появился человек, который, якобы, должен был заниматься поставкой оборудования на фабрику по контракту. Прочитав на компромат.ру о наших отношениях с Еленой Батуриной, он обратился в службу безопасности, которая и разработала операцию, чтобы опорочить меня и одним махом избавиться. Операцию провели достойно. В итоге я оказался в роли преступника, да еще объявленного в федеральный розыск.

Сейчас по все России весят объявления, в которых написано, что я -уголовник-рецидивист, многократно судим. Там же только имя и фамилия мои – все остальное выдумано.

Я уверен, что эту провокацию невозможно было бы организовать без вмешательства тогдашнего прокурора Серпухова. К сожалению, о порядочности этого человека я умолчу. Это ж он мою автобиографию переписал.

- А что все-таки сейчас происходит?

- Никто меня никогда не искал. Это вообще смешно. Я могу вам передать копию бумаги, которую я готовил два года назад. В ней говорится о том, что я нигде не скрываюсь и готов участвовать в расследовании дела. Я попросил посла России отправить этот документ в Генпрокуратуру через МИД. Но это оказалось никому не нужно, пока Лужков у власти…
Мало того, все, кто ко мне приезжает, хорошо знают, что я живу под собственной фамилией.
- Юрий Григорьевич, расскажите о том, как вы сейчас живете?

  - Я сегодня живу в государстве, где такого пренебрежительного отношения к людям, как в России, никто не позволит. Здесь по-иному строятся отношения. Подумайте сами, я отработал более 40 лет, но даже не получил пенсию в России. В отделе кадров бумажной фабрики мне ответили: мол, в связи с моим уголовным настоящим и в связи с тем, что я в розыске, в пенсии мне отказано. А когда я сюда приехал, я пальцем о палец не ударил, ничего не сделал для этой страны, но сейчас именно Израиль мне платит пенсию. Клянусь вам всем святым, мне стыдно.

Мне, как обычному гражданину Израиля, вынужденному гражданину, государство, для благо которого я ничего не сделал, официально оплатило 70 тысяч долларов за  предстоящую мне вскоре серьезную операцию. Меня тут никто в лицо не знает. Я даже ничего не просил. Я просто пришел к врачу, который, изучив историю болезни и анализы, дал мне инвалидность. Это -уровень отношения к человеку. А в России, как я уже говорил, умер слесарь, которому медосмотр не провели. Если бы я в Израиле на медосмотр не пришел, за мной бы давно приехали медики. Вот как организована система здравоохранения. У нас тоже такое было в советское время…

Здесь отношения между государством и человеком строятся совсем по-другому, и печатное слово имеет огромный вес. И не дай Бог, если местная пресса узнает и напишет о чьих-то преступлениях - это будет грандиозный скандал. Помните недавно президента выкинули (экс-президент Израиля Моше Кацав подозревается в совершении нескольких уголовных преступлений включая изнасилование, обвинение в сексуальных домогательствах. Д.С.), так, когда приехал Буш, бюст Кацава даже от Кнессета убрали. Израильтянам стыдно, что у них был такой президент. Это целый скандал был. Потому что он себя запачкал…

Вы спрашиваете о моей жизни… Почему я в своем возрасте, отработав столько лет на государство, оказался в изгнании? За что? Порой даже при всей своей резкости, жесткости к людям, они меня ни в чем не осудили. А власть… Какое  право имеют лишать меня родины?!!! Моя родина – Россия, у меня нет другой родины. Мне ничего не надо от России,  мне просто надо жить там, среди русских людей.

Я же здесь практически не общаюсь ни с кем. Для меня беседы с теми, кто прилетает из России, как бальзам на душу. Я не могу в 65 лет начинать строить жизнь заново. Я чувствую себя здесь чужим человеком, тут из меня как будто вся энергия ушла. Никогда не понимал ностальгирующих людей, покинувших Россию, а теперь прекрасно понимаю. Я переживаю, что я не на Родине, для которой мог бы сделать еще много хорошего.

Сейчас я трезво оцениваю свои ошибки и хорошо понимаю, что отвечаю именно за них, за свою недальновидность. И не было бы горького ощущения, если бы против меня применяли методы честной борьбы, а не использовали власть, руками которой со мной расправились. Будь у меня возможность, я бы исправил свои допущенные ранее ошибки…